Я написал длинное предисловие, а потом варварски нажал на delete.
И принялся писать его заново. Мой мазохизм неискореним.
Некоторые вещи сами находят меня в стратегически правильный момент; вещи, которые врастают в меня, мешают свои атомы с моими -
Необратимая химическая реакция.

Вчера мы пили ледяное вино, расслабленность достигла критической точки, с третьего этажа волоком была спущена гитара, когда из памяти исчезли все бардовские песни, П. стал играть сочинения своего интститутского друга с птичьей кличкой. Одна песня оказалась совсем-совсем моей, хотя ей уже под двадцать лет. Я просил спеть ее еще раз, чтобы максимально абсорбировать ее, всю, до последнего аккорда угасающего колебания струн, впитать через мембраны диктофона и увезти с собой.
 Эта запись совершенно особенная, лишь бы не утерять.