Сижу в баре, тут трек-лист в высшей степени меланхоличен - сначала Hotel California, затем Listen To Your Heart, а сейчас Big Girls Don't Cry, (мне немного стыдно за последнюю песню времен моей фиалковой юности); за ужином я читала Кафку, такое ощущение, будто все вступает в сговор, что бы вывести меня из и без того хрупкого равновесия.
Перед отъездом мне пришлось разобрать авгиевы конюшни моей комнаты, а там, между кип опавшей тетрадной листвы, мое нелицеприятное прошлое притаилось. Часть воспоминаний (вроде лживых открыток, ненужных подарков и утерявших смысл записок) с легкой руки в мусор отправилось, а часть от себя оторвать мне не удалось; пришлось доставать Коробку Воспоминаний, чье синее тело распухло от моей памяти, и впихивать в нее то, от чего отказаться я еще не готова.
Мысленно я сентябрем живу и пытаюсь дилемму Коробки Воспоминаний разрешить. Она весит около двух килограммов и с собой увезти ее никак не получится. Наверное, я смогу найти в себе силы, как смогла тогда, когда в конверт сложила протухшие письма-открытки Д. и почте вверила, и похоронить под лишенным особенностей деревом свое прошлое и саму себя, лишь дневники да письма отставив.