Я лежу, нюхаю стакан с черным чаем и свои руки, пахнущие красным Лаки Страйком, с неуверенностью могу сказать, что все еще жива, пью витамины по утрам и мерзну.
Неделя №1 подходит к своему календарному завершению.
Я почти ни с кем не разговариваю, прячусь в черный цвет и хожу в военных ботинках.
Возвращаюсь с занятий, ложусь пластом на продавленный диван неопределенного цвета и возраста, открываю ноутбук и смотрю Доктора Кто.
Вечером я спускаюсь в холл, выхожу из общежития и стою в вечернем холоде, закуриваю и провожаю взглядом заплутавшие в темноте трамваи.
Живу той жизнью, которую хотела весь прошлый год. Меня не тяготят собственное общество и географическая изоляция от друзей-знакомцев. Знаете, что чувствуешь, когда исполняется одно из самых заветных желаний ? (которое я загадала год назад, потерев барельеф на Карловом мосту)
Ничего.
Завтра я действительно постараюсь усовершенствовать свою рутину, съезжу в Икею, куплю тарелку и гигантскую плюшевую морковь, которая мне решительно необходима.
Куплю конверты и марки, красный чай и ситечко для заварки, словарь и новых книг, которыми забью холодильник за неимением еды и места для хранения литературы.
Загадаю новое желание, сделаю первую запись в новом дневнике и пару фотокарточек.
Я скучаю по съемкам, но здесь я не вижу никого, кого бы мне хотелось фотографировать, чью внешность я бы хотела бы спроецировать на матрицу своего фотоаппарата, в чью красоту я могла бы заставить поверить всех, начиная с меня.
Мне нужно время, что бы свыкнуться с этим немногим, и тогда, может быть, я снова добровольно начну писать/рисовать/снимать, а не вымучивать из себя.
Иногда я забываю, сколько мне лет, иногда я почти уверена, что мне все еще 13, а может, это защитная реакция организма, направленная против принятия того факта, что я медленно превращаюсь в весьма заурядного взрослого.
Или уже превратилась.