Не люблю прелюдию ко сну, когда мечешься от одного края кровати к другому, путаешься в простынях и собственных мыслях.
Вчера, засыпая, я понял, что до удивления никого не ненавижу. Что довольно странно, учитывая грубое бегство В., с хлопком двери и осколками фарфора; К., впутавшую меня в свой кризис самоидентификации; Л., предпочитавшую тонкий лед любви твердой опоре дружбы; нетерпимую к моим недостатками Д. и.. На самом деле, о других я исключительно хорошее помню, и всех, кто когда-либо рядом со мной был я в заспиртованном виде храню в кунсткамере своего мозга и каждому в день его рождения мысленно жить долго и процветать желаю.
Дорога в прошлое вымощена желтым кирпичом и устлана полевыми цветами, лепестки щекочут босые ступни, спиной вперед, пятясь, идешь и упасть не боишься, зная, что тебя подхватят мягкие руки воспоминаний. Руки, пахнущие медом и молоком матери, руки, с пальцами белыми от меловой пыли, руки с выступающими венами, совсем как у...
Нащупываешь на сердце мозоль, натертую любовью ко всем, кто через и сквозь тебя прошел, и спрашиваешь
"-after all this time?
-always"